Генрих Графтио, нашедший выход из угля

Генрих Графтио. Фото: energomuseum.ru

Российский и советский инженер Генрих Графтио пришел в гидроэнергетику из железных дорог. В том, что сейчас паровоз можно найти разве что в музее, его огромная заслуга.

Девятнадцатый век можно назвать веком угля. В середине века уголь произвел революцию в транспорте, паровозы и пароходы заменили конную и парусную тягу, и долгое время он казался незаменимым. Однако с развитием техники стало очевидно, что возможности паровоза ограничены такими свойствами угля, как его вес, и техническими характеристиками паровых машин, не позволявших достигать высоких коэффициентов полезного действия. Требовалась новая революция – электрическая.

Генрих Графтио первоначально заинтересовался как раз возможностью замены угля на железных дорогах – в конце девятнадцатого века он учился в Петербургском Институте Корпуса инженеров путей сообщения, и в процессе учебы пришел к выводу о необходимости изучения электроэнергетики. Ради этого он несколько лет работал в Европе и США, и вернулся оттуда убежденным революционером – но не социальным, а технологическим.

Первыми его проектами стали планы электрификации железных дорог Северного Кавказа. Дело в том, что гидроэнергетическая наука того времени занималась в первую очередь горными реками, где перепад высот значителен. Поэтому первая сравнительно крупная ГЭС в России появилась на горной реке Подкумок неподалеку и называлась «Белый уголь». Название прямо указывало, чему она идет на смену.

Но по настоящему широко раскрылся талант Генриха Графтио на севере, в близких к Петербургу губерниях. Двухмиллионная столица империи была далека и от промышленных запасов угля, и от гор. И все это – в условиях вероятной войны с Германией, когда могли быть перерезаны пути поставок английского угля, заняты противником польские угольные шахты, мобилизованы донецкие шахтеры. Поэтому Генрих Графтио начинает заниматься проектированием ГЭС на равнинных реках и в первую очередь на близких к Петербургу Волхове, Свири и Вуоксе.

Две революции 1917 года нарушили многие планы, но не изменили ни географических, ни технологических условий – Петрограду по-прежнему нужны были местные источники энергии, и Генрих Графтио оказался как раз тем человеком, который эти источники мог «запрячь». Его талант был востребован новой властью при подготовке плана ГОЭЛРО, и он, несмотря на кратковременный арест в 1921 году, довел свои главные проекты до реализации. Значителен его вклад и в науку – так, Нижне-Свирская ГЭС оказалась первой в мире крупной станцией, плотина которой была построена не на скальном основании, а на мягких грунтах, для чего потребовалось применить несколько новаторских технических решенией.

Созданная им Волховская ГЭС оказалась жизненно важной для энергоснабжения Ленинграда во время блокады. Сам же создатель в годы войны работал главным инспектором наркомата электростанций. Несмотря на возраст – Генриху Осиповичу было уже за семьдесят, он был старше Ленина – академик продолжал строить гидроэлектростанции в Средней Азии и готовить новые кадры гидроэнергетиков. Ученики Графтио стали авторами «золотого века гидроэнергетики» в пятидесятые и шестидесятые годы, когда создавалась Единая энергосистема СССР и паровозы действительно стали уступать свое место на рельсах электровозам.

Генрих Графтио – один из двух отечественных гидроэнергетиков, о котором снят полнометражный биографический художественный фильм (в 1979 году главного героя «Инженера Графтио» сыграл Анатолий Папанов). Кто был вторым? Об этом мы напишем чуть позже.

На главную