Инженер-майор Соломон Эйдельман

 Фото из архива ОАО «ВНИИГ им. Б.Е.Веденеева»

Фото из архива ОАО «ВНИИГ им. Б.Е.Веденеева»

Ленинградский гидротехник Соломон Эйдельман участвовал в строительстве Ново-Тверецкой ГЭС – одной из немногих, построенных в европейской части России во время Великой Отечественной войны.

Эта история началась при Петре I, который однажды подарил сибиряку Михаилу Сердюкову книгу французского строителя каналов Буйе «О способах, творящих водохождение рек свободное». Сердюков занимался в Вышнем Волочке созданием водного пути из центральной России в новую столицу Петербург – и сделал многое для того, чтобы по рекам и каналам с юга на север могли идти баржи с хлебом и другими товарами.

Вышневолоцкая система вышла из транспортного употребления в конце девятнадцатого века, не выдержав конкуренции с железными дорогами. Но созданные во времена Сердюкова водохранилища остались и способствовали наполнению Верхней Волги в период летней межени. В годы Великой Отечественной войны, уже после победы под Москвой на Вышневолоцкое водохранилище взглянули по-новому – электроэнергия была очень нужна, а тут были идеальные условия для строительства небольшой ГЭС.

Одним из тех, кто ее строил, стал гидротехник из Ленинграда Соломон Яковлевич Эйдельман. До войны он работал сотрудником лаборатории эксплуатации гидросооружений ВНИИГа – обследовал состояние плотин и предотвращал аварии. В сентябре 1941 его отправили строить оборонительные сооружения под Ленинградом – заграждения, противотанковые рвы, окопы. Инженер, руководящий стройотрядом НКВД, побывал во многих переделках, и в итоге оказался в Вышнем Волочке, и занялся переделкой работы Сердюкова двухсотлетней давности.

Первоначальная система использовалась в первую очередь для транспорта – а значит, судоходные глубины должны были быть как в сторону Ленинграда (туда, в реку Мсту, шло три четверти воды), так и в сторону Москвы (а сюда, в реку Тверцу, только четверть). Теперь же главной задачей системы становилось водоснабжение Москвы, поэтому воду из водохранилища надо было направить в Тверцу, а для этого нужно было поднять уровень водохранилища и построить деривационный канал – его назвали Ново-Тверецким. На выходе из этого канала строилась небольшая гидроэлектростанция с перепадом уровней 7 метров и мощностью всего 2,4 МВт.

Именно каналом и занимался стройотряд Эйдельмана. Строить надо было быстро, поэтому прибегли к взрывным работам. Стройотрядовцы выкапывали шурфы глубиной до 10 метров и закладывали туда взрывчатку – после подрыва должен был образоваться ров глубиной и шириной более 20 метров. Потом Соломон Яковлевич вспоминал, что его стройотряд сумел выполнить свою задачу, в то время как соседний с ними отряд из-за нарушения техники безопасности допустил незапланированный взрыв на одном из шурфов – погибли десятки остававшихся в зоне взрыва рабочих. Но, несмотря на эту трагедию, строительство канала и станции было закончено в кратчайшие сроки в 1944 году.

Ново-Тверецкая ГЭС. Фото: infoflotforum.ru.

Ново-Тверецкая ГЭС работает по сей день – она входит в ФГУП «Канал имени Москвы» и обеспечивает около 8% волжской воды, поступающей в столицу по этому каналу, а также почти 9 миллионов киловатт-часов электроэнергии в год.

А инженер-гидролог Эйдельман ушел на запад – восстанавливать Кегумскую ГЭС в Латвии, строить дороги и мосты. Войну он закончил в чине инженер-майора с орденом Красной звезды и медалью «За оборону Ленинграда», после чего вернулся в родной институт, перед которым поставили новые задачи, на этот раз в Сибири – и снова занялся теми же самыми измерениями, от которых его отвлекла война.

Там шло строительство на Ангаре – сперва Иркутской, затем Братской, а позже и Усть-Илимской ГЭС. Огромные бетонные плотины, высокие напоры, сложные температурные условия и коварство великой реки ставили перед учеными гидрологами все новые и новые задачи. Необходимо было разработать новые методы обследования плотин, с их помощью найти места фильтрации и другие уязвимые точки, а затем устранить опасность – вот этим и занимался фронтовик Соломон Эйдельман долгие годы.

После него остались книги – «Натурные исследования бетонной плотины Братской ГЭС» (1975) и «Бетонная плотина Усть-Илимской ГЭС» (1981) - на базе которых в 2001 году впервые в отечественной практике были внедрены «Рекомендации по анализу данных и проведению натурных наблюдений и за напряженно-деформированным состоянием, раскрытием швов и трещин в бетонных и железобетонных сооружениях». Без учета этих рекомендаций теперь не должна строиться и эксплуатироваться ни одна плотина.

 

На главную